Обратите внимание, что ваши персональные данные обрабатываются на сайте 2mm.ru в целях его функционирования. Если вы не согласны с этим, то вам надо покинуть сайт. Если вы продолжите пользоваться сайтом, это автоматически означает, что вы согласны на обработку ваших данных.

Войти через:

Получайте самое интересное: конкурсы, акции, новости


Трудный путь - воспоминания о беременности наших читательниц
0 5

Беременность

Трудный путь - воспоминания о беременности наших читательниц
Моя беременность

Угроза прерывания беременности – состояние, характеризующееся заметными изменениями в самочувствии будущей мамы.

Через год после свадьбы я сходила к гинекологу, сдала анализы. Они оказались не очень хорошими, и последовал курс лечения антибиотиками. Повторные анализы ничего не выявили, зато обнаружилась эрозия. Когда ее пролечили, врач дала добро на открытую жизнь с мужем.

Я забеременела сразу и даже почувствовала, что во мне зародилась новая жизнь, и была очень счастлива, но никому ничего не сказала, даже мужу. Не дожидаясь задержки, сделала тест, и он оказался положительным. Но ко времени предполагаемых месячных началась мазня, я (вот глупая) как-то подумала, что ничего страшного, и к врачу не пошла. Через пару дней начал потягивать живот как на месячные, тогда я записалась к врачу. В тот момент я ничего про выкидыши не читала и не знала. А зря. Если бы знала, то сразу понеслась к врачу.

Врач констатировала беременность 4– 5 недель, но ей очень не понравились выделения, и она по скорой предложила ехать в больницу. Я попросила побыть ночь дома, а утром уже самой ехать в больницу. Вышла от нее с направлением и вся в слезах. Мужу только тогда сказала, получилось совсем не так, как я мечтала, очень-очень грустно.

5 апреля. И вот больница. На ранних сроках все лежат в гинекологии, а там кого только нет: аборты, воспалиения, операции, чистки. Так как мест не было, то положили в  послеоперационную палату, вместе со мной лежала девочка на таком же сроке тоже с угрозой, а на двух остальных кроватях кто только не лежал. При поступлении мне сделали первое УЗИ, врач сказала, что пока плодное яйцо очень маленькое, срок небольшой, нужно посмотреть через неделю. Через неделю меня и позвали. Пришла, перед кабинетом очередь. Сижу, накручиваю себя. Страшно очень стало за ребенка. В итоге упала в обморок. Без сознания была минут 20, пока заметили, пока врачей искали.

Пришла в себя от шлепков по лицу и растирания подушечек больших пальцев. Нашатыря в больнице не оказалось, я потом всю беременность с собой пузырек таскала. Так вот, привели меня в чувство, сделали УЗИ, сказали все растет, все развивается, но есть повышенный тонус матки. И, хотя я сильно сопротивлялась, водрузили меня на каталку, и я с дребезжанием и грохотом железа прокатилась по длинным больничным коридорам прямо к палате.

Надо сказать, в больнице было нормально, еду приносили домашние, появилась возможность наконец-то выспаться, и 2 недели пролетели быстро. Огорчали только уколы, как потом оказалось, это были цветочки. К концу второй недели появился токсикоз, поначалу просто подташнивало. В пятницу меня выписали. Выходные провалялась дома, а в понедельник на работу. Ноги совсем не шли, состояние вроде нормальное было, но хотелось все время лежать и не шевелиться, все-таки организм не обманешь. Во вторник на работе в туалете обнаруживаю мазню. Трясущимися руками звоню мужу, он сказал, бросай все и к врачу. Опять на сохранение…

В этот раз намного хуже. Тошнит от всего, слабость. Соседка по палате попалась необщительная, замкнутая. У нее 2 выкидыша, в этот раз уже 16 недель, и все время кровит. Мама приносила мне жареную картошку, а муж – булочки, это единственное, что я могла есть на протяжении 1,5 месяцев. Несмотря на кажущуюся калорийность еды, я потеряла 4 кг. От бесконечных уколов моя попа была один сплошной синяк.

Через 2 недели, меня выписали. Прописали пить Дюфастон.

 

Моя беременность

От работы отлынивала как могла, брала отгулы, старалась побольше лежать, домашнюю работу забросила, ничего не готовила, для меня самым главным стал мой ребенок. Муж старался изо всех сил, но стал меня очень раздражать.

В понедельник с утра болит живот, выпиваю но-шпу и еду на работу. Живот болит все сильнее, отпрашиваюсь и еду в поликлинику. Итог – повышенный тонус, срочная госпитализация. Срок 15–16 недель. Опять отделение гинекологии, хорошо хоть токсикоз почти прошел и можно ходить мимо столовой спокойно. Пока я поступала и поднималась на 6 этаж живот начал болеть нестерпимо, на посту я сидела скрючившись, мне вкололи но-шпу и я заснула. В этот раз мне попалась замечательная соседка, милая, тихая девочка, у нее срок 20 недель и диагноз предлежание плаценты, она лежала уже с 10 недель и прогнозы были неутешительные, потому что плацента опустилась еще ниже и лежать ей предстояло до самых родов. В этот раз мне сделали одно УЗИ, на котором поставили тонус по задней стенке.

В связи с этим мне предстояли капельницы с но-шпой, которых я очень боялась. Но вроде ничего, пять капельниц прошли незаметно, я почти все время спала. Через неделю моя врач при отсутствии у меня жалоб выписала меня, назначив принимать дексаметазон. Через три дня после выписки я почувствовала первые шевеления моего маленького.

Месяц я чувствовала себя достаточно бодренько, много отдыхала, гуляла. Выбралась даже на шопинг, где прикупила себе беременную одежду. Жаль что эти вещи не пригодились почти.

19 июля, почти в 20 недель, придя с утра на работу я обнаружила на нижнем белье кровь. Скорая…Больница… Опять больница, как же я тогда ее ненавидела, но готова была на все, лишь бы спасли ребенка. Мест не было, полдня пролежала в коридоре, потом перевели в  палату. Чувствовала себя ужасно, морально совсем сникла. Плакать запретили, от этого матка в тонус приходит. Болел живот, потом начали болеть бока, врач сказала это от того, что матка растет и давит. От ужасной кровати невыносимо болела спина, но я безумно боялась потерять ребенка и поэтому лежала, лежала, лежала. На УЗИ поставили отслойку плаценты, но врач сказала, что только небольшой участочек и если лежать, то все будет хорошо. Я молилась.

Соседки по палате были хорошие девочки, только любили за полночь посмеяться и не давали спать. Они тоже лежали на сохранении, но на маленьких сроках и, как мне казалось, слишком легкомысленно относились к предписаниям врачей.

Неделя прошла с уколами в попу, которая еще не успела зажить от предыдущих сохранений, и капельницами, от которых все руки стали синими.

Вроде бы мне становилось лучше, и тут на тебе. Утром опять кровь. Что я испытала там, в туалете, никакими словами нельзя передать. Мне казалось, что сердце остановилось и жить больше не хочется. Я сразу позвала медсестру, но она сказала, что ничего страшного, а вообще жди обхода. Врач посмотрела меня на кресле, говорит: «Ничего страшного не вижу, иди лежи». А я чуть ходила, так и норовила в обморок упасть. А впереди выходные.

Во вторник пришел другой врач. Он сразу отнесся очень внимательно к моим жалобам, пересмотрел все анализы, которые ему не понравились, назначил совсем другое лечение. Мне стали колоть антибиотики, оказывается у меня СОЭ зашкаливала.

 

Моя беременность

В четверг опять мазня, врач посмотрел меня на кресле и как гром среди ясного неба выдал, что у меня раскрытие 2 см и нужно срочно накладывать шов на шейку матки. Я в слезах, вообще уже перестала понимать, что происходит, я теряю сознание, боюсь, это просто жуткий ужас. Но я на все готова, ведь мой маленький шевелится, он живет, я должна его доносить. Поэтому я взяла себя в руки, перестала плакать, только спросила когда. Он сказал, что в отделении гинекологии эту операцию делать не будут, нужно переводить меня в патологию (на 2-й этаж), а у меня воспалительный процесс плюс только 21 неделя, а туда с 22-й берут. Но он пообещал все устроить и найти мне место. И, о чудо, в пятницу меня перевели. Там сразу назначили строгий постельный режим, а это значит, что родным можно приходить в палату только по пропуску, что всю еду носит санитарка прямо в палату, уколы на месте, только лежи.

В понедельник, 30 июля, на 22-й неделе мне наложили шов. Операция прошла под общим наркозом. Дальше была череда капельниц, уколов (кололи магнезию по три раза в день), но все равно матка периодически была в тонусе.

О выписке речь не шла. Мне приносили разную вкуснятину, но есть совсем не хотелось. Палата была четырехместная, сколько же там девочек побывало, а я все лежала…Кучу народу отправила рожать, они потом прибегали и фотки деток мне показывали, поддерживали меня, обещали, что и у меня скоро появиться маленький, спасибо им огромное за это! Некоторые девочки сохранялись недельку и выписывались.

Я уже привыкла к больничному режиму, знала меню в столовой, всех медсестер, кто как колет уколы и ставит капельницы. По понедельникам на завтрак давали самую вкусную на свете манную кашу, а на ужин творожную запеканку с изюмом, я такой вкуснотищи нигде и никогда больше не ела. В то время я была мало похожа на беременную: живота не было совсем, да еще и токсикоз отнял 5 кг, ходила по стеночкам коридора бледненькая, зелененькая. Слабость была постоянно, потому что я мало кушала и нервничала постоянно.

Свой день рождения я тоже отмечала в больнице. Была возможность отпроситься домой, но я не стала рисковать. Грустный был праздник. А вечером у меня сильно разболелся живот, стоял колом, даже магнезия на ночь его не расслабила, поэтому утром врач назначила гинипрал, который я пила до 32 недель. Как ни странно, но постепенно мне стало лучше, видимо гинипрал помог, хотя тонус 10– 12 раз в сутки все равно остался.

3 сентября меня выписали. Итого в больнице я провела почти 7 недель. Далее был постельный режим дома, очень тяжело было никуда не ходить и все время лежать.

Периодически наведывалась в поликлинику, все анализы и КТГ были хорошие. Живот у меня начал расти только после 30 недель, когда я оформила декретный. Без бандажа я не вставала с кровати. Единственное, в 32 недели моему врачу не понравилась КТГ, она сказала, что у малыша гипоксия. Я съездила на допплер в другой медицинский центр, и меня заверили, что кровоток хороший, плацента в норме и никакой гипоксии нет.

В 37 недель нужно было снимать шов. Собрала я вещички, побрилась, помылась и отправилась сдаваться в патологию, потому что обычно, когда снимают шов, то вскоре и рожают. По крайней мере, так меня заверила врач из женской консультации. Но в роддоме был аврал, все решили родить, меня прямо в приемном покое разложили на кресле, трое врачей посмотрели меня и огорошили – иди, гуляй, до родов еще далеко. Во время осмотра было больно, и мне казалось, что я рожаю прямо сейчас. Пришлось с вещами топать домой. Тут меня настиг период гнездования. Все мыла, стирала, закупила приданое малышу.

ПДР был 3 декабря. Накануне была в ЖК, и мне сказали, что если не родишь 3-го, то 4-го на прием и по направлению ляжешь в роддом. Третьего день прошел спокойно, после обеда заказала на завтра талончик в ЖК. Вымылась, побрилась, вещи уже давно были сложены. Посмотрела телевизор, и к полуночи улеглась спать. Не спится, встала в туалет, где у меня благополучно отошли воды.

 

Моя беременность

Мнение эксперта

В начале беременности у Екатерины появились мажущие кровянистые выделения; будущая мама не заострила на этом своего внимания и обратилась к врачу лишь после того, как к необычным выделениям присоединилась боль внизу живота. К сожалению, бытует довольно устойчивое заблуждение, что мажущие выделения в начале беременности – это норма; в  народе такие выделения называют «обмыванием плода». Считается, что при наступлении беременности в матке происходит что-то вроде «уборки», удаления всего лишнего, поэтому в день ожидаемых месячных у будущей мамы могут появиться мажущие кровянистые выделения. Мажущими называют необильные слизистые выделения с содержанием сукровицы – вкраплений окислившейся или свернувшейся крови. Они могут быть окрашены в бледно-розовый, ярко-розовый, бордовый или коричневый цвет. Вопреки распространенному мнению, появление таких выделений в начале беременности (равно как и в дальнейшем, на любом сроке) вовсе не является нормой. Никаких «подготовительных мероприятий» в матке после имплантации (прикрепления зародыша к стенке матки) происходить уже не должно.

Кровянистые выделения, появляющиеся даже в небольшом количестве на любом этапе беременности, являются тревожным признаком и требуют немедленного обращения к врачу. Мажущие выделения на первом месяце указывают на угрозу прерывания едва наступившей беременности: этот период в акушерстве называют критическим сроком.

Когда Екатерина обратилась к врачу с жалобами на тянущие боли внизу живота, врач диагностировала у нее угрозу прерывания беременности и настояла на госпитализации. Угрозой прерывания беременности называется состояние организма будущей мамы, при котором может возникнуть выкидыш (самопроизвольный аборт – преждевременное прерывание беременности, при котором происходит отторжение и гибель плода).

Угроза прерывания беременности – состояние, характеризующееся заметными изменениями в самочувствии будущей мамы. При ее возникновении всегда повышается мышечный тонус стенки матки. Матка становится более возбудимой при осмотре: живот напрягается.

Появляется ощущение «камня» внизу живота (как будто внутри, в самом низу, находится небольшой округлый тяжелый предмет, давящий в область промежности). Будущую маму беспокоят тянущие, ноющие боли внизу живота, усиливающиеся на фоне физической нагрузки и усталости. Боли могут отдавать в поясницу, крестцовую область и в промежность. Обычно дискомфортные ощущения уменьшаются после отдыха в горизонтальном положении, особенно – после сна.

Помимо болей, беременная может обратить внимание на необычный характер выделений из половых путей. На нижнем белье могут появляться бурые «мажущие» выделения, напоминающие отделяемое в последний день менструации; этот симптом подробно описан в начале рассказа Екатерины. Такие выделения являются плохим диагностическим признаком; скорее всего, они указывают на начинающуюся отслойку плодного яйца.

Судя по проводимой терапии, нехватка в организме матери прогестерона – «гормона беременности» явилась причиной развития угрозы прерывания беременности у Екатерины (ДЮФАСТОН, который упоминает автор – гормональный препарат, способствующий увеличению количества прогестерона в организме беременной). Также угрозу прерывания может спровоцировать избыток в организме беременной женщины мужских половых гормонов андрогенов, для снижения их уровня Екатерине назначили ДЕКСАМЕТАЗОН.

 

Моя беременность

При подозрении на угрозу прерывания беременности будущей маме рекомендуют полный покой. Стоит на время отказаться от работы (в женской консультации выдадут больничный лист) и соблюдать постельный режим. При незначительном болевом синдроме, появляющемся при физической нагрузке, беременной назначают спазмолитики – НО-ШПУ, ПАПАВЕРИН – помогающие расслабить стенку матки. При отсутствии положительного эффекта в течение 2–3 дней или при усилении патологических симптомов рекомендуют гормональные препараты прогестеронового ряда (ДЮФАСТОН, УТРОЖЕСТАН), которые помогают сохранить и продлить беременность. При выявлении даже незначительных кровянистых выделений будущую маму госпитализируют в отделение патологии беременности.

Беременность нашей героини протекала непросто – в течение первого и второго триместра ей еще неоднократно приходилось ложиться «на сохранение» в больницу; в середине беременности тонус удалось стабилизировать с помощью медикаментозной терапии, однако «затишье» оказалось недолгим – в 22 недели Екатерину вновь экстренно госпитализировали в отделение патологии роддома с диагнозом «угроза преждевременных родов».

Угроза преждевременных родов, как и угроза прерывания на ранних сроках, сопровождается значительным изменением самочувствия будущей мамы и появлением характерных жалоб. При повышении тонуса стенки матки беременную обычно беспокоят тянущие, ноющие боли внизу живота, в паховой и крестцовой области. Боли могут приобретать схваткообразный характер (то есть повторяться через небольшие промежутки времени). В момент появления боли живот становится твердым на ощупь, как бы «каменеет», что Екатерина описывает, что во время нарастания тонуса на поздних сроках живот «стоял колом». Повышенный тонус матки определяется при осмотре и подтверждается с помощью УЗИ, а после 30 недели – КТГ (аппаратное исследование, позволяющие фиксировать и графически отображать сократительную деятельность матки.

При подозрении на угрозу преждевременных родов рекомендуется госпитализация в отделение патологии беременности родильного дома. Там будущей маме назначают исследования для выяснения и устранения причины угрозы, а также мероприятия, направленные на максимальное продление беременности.

Беременной с симптомами угрозы назначают постельный режим, спазмолитики (эти препараты расслабляют мышцы матки, Екатерине вводили один из них – капельницы с НО-ШПОЙ), ГИНИПРАЛ, о котором упоминает Екатерина – препарат, эффективно снижающий тонус матки, МАГНЕЗИЮ (снимает тонус матки и снижает артериальное давление), седативные препараты (валериана, ПЕРСЕН). При кровянистых выделениях помимо спазмолитиков и ГИНИПРАЛА применяются кровоостанавливающие средства (ВИКАСОЛ, ДЕЦИНОН).

Истмико-цервикальная недостаточность. ИЦН – состояние, характеризующееся неполным смыканием маточного зева (преждевременное раскрытие шейки матки); эту проблему выявили у нашей героини во время очередной госпитализации. ИЦН развивается на фоне грубых эрозий (повреждений слизистого слоя шейки матки из-за воспаления или гормональных нарушений), рубцовых изменений после разрывов шейки матки в предыдущих родах или как осложнение после гинекологических вмешательств (аборты, выскабливания), при которых применяется расширение цервикального канала. Истмико-цервикальная недостаточность, патология связочного аппарата и аномалии развития матки выявляются при гинекологическом осмотре, а также с помощью УЗИ.

 

Моя беременность

В случае диагностики истмико-цервикальной недостаточности (преждевременное раскрытие шейки) возможно наложение швов на шейку матки. Это несложная технически и безопасная для мамы и малыша манипуляция относится к малым гинекологическим оперативным вмешательствам. Она требует серьезного медикаментозного обезболивания и тщательного соблюдения мер асептики (защиты от инфицирования), поэтому проводится только в условиях операционной родильного дома – вот почему Екатерине пришлось ждать перевода в  отделение патологии роддома из обычной больницы, куда ее изначально доставили по «скорой».

Незадолго до родов (обычно – не ранее 36 и не позднее 38 недель) швы с шейки матки снимают; для этого требуется госпитализация в роддом, которая чаще всего длится уже до родов, наступающих вскоре после удаления шва, удерживавшего шейку от раскрытия, – так и вышло у нашей героини. Ей проводили снятие швов в 37 недель.

Описывая свое эмоциональное состояние во время очередной госпитализации, Екатерина упоминает, что много плакала, и врачи ее ругали, объясняя, что это вредно для ребенка.

В истории беременности нашей героини причин для слез было более чем достаточно, однако даже в такой ситуации действительно необходимо контролировать эмоции, стараться отвлечься и настраиваться на лучшее. Конечно, эмоциональная нестабильность будущей мамы не является ее виной; это состояние доставляет массу огорчений самой беременной и требует более внимательного, терпимого отношения со стороны близких. Задача «ближнего круга» беременной – по возможности максимально оградить женщину от любой негативной информации, не создавать ей поводов для волнений и обид, внимательно относиться к ее просьбам и стараться доставлять будущей маме удовольствие.

Беременную необходимо защищать от любого негатива, поскольку отрицательные эмоции, такие, как страх, обида, тревога, раздражение и огорчение, приводят к повышению в крови адреналина. Это вещество, именуемое «гормоном страха», опасно для беременности: избыток адреналина в крови может привести к тахикардии (учащению сердцебиения), повышению артериального давления и тонуса матки. Перечисленные изменения в самочувствии будущей мамы, возникающие на фоне отрицательных эмоций, нередко становятся причиной развития фетоплацентарной недостаточности – ухудшения питания и дыхания плода в связи со снижением плацентарного кровотока. Гипертонус матки, возникающий на фоне раздражения или страха беременной, является основным фактором угрозы прерывания беременности и преждевременных родов. Так что ограждать женщину «в интересном положении» от всего, что может ее огорчить или напугать, действительно важно: от состояния нервной системы матери во многом зависит течение беременности, а следовательно, и здоровье плода.

Самый лучший способ стабилизации эмоционального фона будущей мамы – это переключение ее внимания на события или занятия, связанные с получением положительных эмоций. Во время смеха, радости и удовольствия в крови будущей мамы преобладают «гормоны счастья» – эндорфины. Эти вещества контролируют скорость обмена веществ, насыщение крови кислородом, а также – поставку плоду белков, жиров, углеводов и всего, что необходимо для его полноценного развития. Так что у будущей мамы, которая во время беременности, несмотря ни на что, старается не допускать уныния и поддерживать хорошее настроение, гораздо больше шансов на рождение здорового ребенка, чем у женщины, которая во время беременности постоянно нервничает, раздражается и плачет.

Возможно, вам будут интересны статьи "Уход за кожей во время беременности" и "Мифы о спорте" на сайте 9months.ru

Источник фото: Shutterstock

Теги: рассказы о беременности

Рассказать друзьям

Оцените статью:

0 комментариев

Комментарии

У этой статьи пока ещё нет отзывов.

Ваш комментарий:

* - обязательные поля.

Пожалуйста, введите буквы, изображенные на картинке.
Буквы чувствительны к регистру.





Сейчас читают

Интересное в сети






Самое популярное


Партнеры
www.9months.ru
1 пиксель белый